Федорино горе
Полина Мансурова
кураторки: группа KRUS
Полина Мансурова (Уфа / Москва) — художница и дизайнерка, работающая инсталляцией, иллюстрацией и самиздатом. Участница выставок в Москве, Санкт-Петербурге, Ульяновске и других городах, включая ММОМА и Новую Третьяковку. Студентка программы «Дизайн и современное искусство» Высшая школа экономики.
Выставка «Федорино горе» Полины Мансуровой отсылает к одноимённой сказке Корнея Чуковского. По воспоминаниям Чуковского, импульсом к написанию сказки становится момент почти телесного счастья: взрослый человек вместе с детьми пачкается в грязи, лепит фигурки и на короткое время освобождается от привычных норм. Удовольствие автора от беспорядка, телесности и отказа от контроля становится импульсом к созданию произведения, однако в самой сказке эти качества переносятся на главную героиню и превращаются уже не в источник свободы, а в признак моральной несостоятельности и бытовой запущенности. Также любопытно, что сказка, посвящённая пятилетней Светлане Собиновой, работает как ранний механизм гендерной социализации: женская субъектность здесь связывается с обязанностью поддерживать чистоту, обслуживание и порядок, а хаос превращается в моральную неудачу женщины. Через образ Федоры ребёнку предлагается негативный сценарий женственности — модель того, кем нельзя становиться.
Мир «Федориного горя» держится на незаметном ежедневном труде, который становится видимым только в момент сбоя. Пока посуда вымыта, а кухня функционирует, сама система обслуживания остается невидимой. Катастрофа начинается тогда, когда Федора больше не справляется с поддержанием порядка. Причины этого состояния остаются за пределами повествования: за бытовой неряшливостью могут скрываться усталость, болезнь, депрессия или возрастное недомогание. Однако сама сказка не допускает сложности или сочувствия — нарушение порядка сразу ставится в вину.
В выставке Полины Мансуровой логика сбоя доводится до абсурда и одновременно до почти телесного ужаса. Комичность ситуации соседствует с отвращением, а узнавание — с тревогой.
Центральная инсталляция представляет собой массив настоящего солёного теста, в котором застряли кастрюли, половники, чайники и кухонная утварь. Масса вываливается через окно, стекает на пол, занимает весь угол галереи и частично блокирует пространство. Зритель вынужден двигаться по узким проходам между разрастающимися объемами, будто внутри кухни, где бытовая среда утратила функциональность и начала жить по собственным законам. Масштаб теста соотносится с человеческим телом: оно уже не воспринимается как материал для приготовления пищи, а видится бесформенной субстанцией, одновременно комичной и угрожающей. Зритель одновременно считывает знакомые бытовые формы и сталкивается с их полной деформацией.
Вторая работа — «Туша» представляет собой сшитые рабочие фартуки сотрудниц столовой, образующие единую бесформенную оболочку, напоминающую одновременно кожу, униформу и текстильный объект. Фартук, обычно существующий как утилитарный предмет обслуживания, здесь теряет индивидуального носителя. Вместо отдельных работниц возникает коллективное тело труда, собранное из повторяющихся фрагментов.
«Федорино горе» в инсталляции Полины оказывается уже не детской историей о чистоте. Скорее это рассказ о хрупкости систем заботы, которые держатся на непрерывном, часто невидимом и в основном женском труде. Пока этот труд выполняется, он воспринимается как естественный фон повседневности. Но как только механизм даёт сбой, бытовая среда начинает распадаться, а предметы — буквально выходить из-под контроля.
Выставка Полины Мансуровой словно возвращает вытесненное обратно: весь тот хаос, телесность и материальную избыточность, которые сказка пыталась превратить в воспитательный урок, здесь вновь заполняют пространство в виде разрастающегося теста, застрявшей утвари и коллективного тела женского труда.
